В описании первых дней Потопа есть два стиха, которые, на первый взгляд, противоречат друг другу. В одном сказано: “И был дождь на земле сорок дней и сорок ночей”1. А в другом: “И был потоп сорок дней на земле”2.

Ну, ок, может быть, “противоречат” слишком громко сказано. Но все-таки. Из первого стиха следует, что первые сорок суток Потопа дожди были проливными, но, вроде как, не разрушительными. А из сказанного во втором выясняется, что это был уже Потоп, о котором в следующем стихе сказано: “И крепли воды и умножились очень на земле”. И, как пишет Раши в своем комментарии3, “все погубили, все смешали и все унесли с высот в низины”.

Раши4, в своем комментарии еще к первому стиху, объясняет: “Ниже сказано: “и был потоп”. Однако ниспосылая воды, Он изначально ниспосылал их с милосердием, чтобы, если люди раскаются, они стали дождями благодатными. Но поскольку те не раскаялись, они стали потопом”. Судя по всему, это надо понимать в том смысле, что речь в двух стихах идет об одних и тех же осадках, выпавших в первые сорок суток Потопа. Только в первый раз они упоминаются такими, какими они были в эти сорок суток, пока у мира еще был шанс, а во второй – когда срок последнего Б-жественного предупреждения вышел, и воды шредингера окончательно стали водами Потопа, в полном, всесокрушительном смысле слова. Короче говоря, те самые воды, которые в первые сорок суток Потопа были “дождями”, после прохождения этой точки невозврата, стали водами Потопа и только с этого момента они по праву именуются “сорока днями Потопа”.

Но не все сходится. Воды Потопа с первого дня были кипящими5. Кипящий проливной дождь? Кто, кроме тех, кто на ковчеге, мог бы выжить сорок суток, откладывая раскаяние на последний момент? Будем реалистами: реальная возможность раскаяться, в таких специфических условиях сохранялась на протяжении максимум нескольких часов после начала Потопа. Не будем мелочиться и дадим целый день. Один. А что делать с остальными? О которых сказано, как мы четко помним, что и в них проливались дожди – дожди (хотя бы в потенции) благословения, а не всесварения! В общем, вопрос остается открытым.

Можно было бы попробовать сказать, что дождями они были, только пока лились с небес. Но достигая земли, которая подлежала наказанию, они превращались в громокипящие потоки, истреблявшие все и вся. И тогда это уже была бы разница не во времени, а в пространстве. Но в стихе четко сказано “И был дождь на земле”. Т. е. и достигнув земли, воды оставались дождями, а значит, несли (могли принести) благословение. На протяжении всех сорока первых суток Потопа. Опять не сходится.

Поэтому нам ничего не остается, кроме как обратиться к сказанному в еще одном стихе: “Ибо спустя еще семь дней Я дождь дам на землю сорок дней и сорок ночей, и сотру Я все сущее, Мною созданное, с лица земли”6. И Раши, комментируя слова “сорок дней”, пишет: “Соответственно периоду формирования плода. Ибо своими грехами они утруждали Создателя формированием рождаемых от запретной связи”7.

Из этих слов следует, что первые сорок суток Потопа – это не сорок отдельных наказаний, каждый следующий – в дополнение к предыдущим (плюс накопительный эффект), а одно большое сорокадневное наказание. Подобно тому, как формирование плода – единый и неделимый процесс8, отличный от остальной части периода вынашивания, на протяжении которых зародыш развивается и формируется в частностях9. За первые же сорок суток возникает собственно жизнь, живое существо в общем и целом10.

В свете этого объяснения все встает на свои места. В тот момент, когда полился дождь, это полился дождь всех сорока суток. Одним махом. Просто чтобы пролиться, ему потребовались сорок суток. И в тот момент, когда это произошло (началось), все эти воды были водами благословенных дождей. И такими они остались, когда коснулись земли (в первые минуты и даже часы). Но в тот очень скоро наступивший момент, когда элементарно некому стало раскаиваться – все сварились или запарились, назовем это так, все эти воды, от первой капли до последней, выпавшей в последний миг сорокового дня Потопа, все они стали водами Потопа. И нет никакого противоречия и никакой нестыковки.

Кстати, обратим внимание. Там, где Писанию важно подчеркнуть срок, на протяжении которого продолжался Потоп, слово “потоп” фигурирует непосредственно перед словами “сорок дней”: “И был потоп сорок дней на земле”. А в стихе, где Писанию важно подчеркнуть, что изначально воды достигли земли в качестве дождя, слово “дождь” отделяется от слов “сорок дней” словом “земля”. Попадалась ли нам подсказка прозрачнее? Нет.

Но все еще остается вопрос. Ок, Раши объяснил нам, почему наказание водами Потопа должно было длиться сорок суток. Но почему объем дождей (дождей благословения) должен был быть именно объемом, проливающимся ровно за тот же срок?

Тут нам понадобится обратиться к учению хасидизма. В котором объясняется, что сорок дней потопа11 являются аналогом сорока сеа12 – минимального объема очистительных вод в микве. И там пространно объясняется духовный механизм того, что в общих чертах и так достаточно понятно: одной из важнейших функций, наравне с не менее важной функцией истребления и уничтожения всего Б-гопротивного, у вод Потопа была и другая, позитивная функция – очищения мира (и поэтому пророк13 называет эти воды “водами облегчения14 “). Если посмотреть на историю Потопа под таким углом зрения, то неожиданно становится понятным и очевидным, что и хронологически воды, лившиеся на протяжении всех сорока суток, были не только водами Потопа, но и водами дождей – водами очищения и благословения. И это при том, что, как мы знаем, никто так и не раскаялся. Однако земля очистилась и это то, о чем говорит Писание: “И дождь был на земле”. (Как всегда, по-настоящему ясным и понятным все становится только в свете учения хасидизма.)

Вот-вот должен раскрыться Машиах, который, согласно постановлению Рамбама15, буквально первым делом отстроит Храм. И не в порядке троллинга мировой общественности, хотя это было бы весело – после раскрытия Машиаха мировая общественность перейдет на нашу сторону. Но, вероятно, одной из причин неотложности восстановления Храма является сказанное в Ялкут Шимони, что сорок суток Потопа произвели на мир такое впечатление, что в следующие годы в те сорок суток (как известно, точные даты являются предметом спора наших мудрецов16 ) во всем мироздании возникало ощущение пост-потопной травмы. До каких пор? Нет, не до Дарования Торы. А пока Шломо не возвел Храм. Т. о. становится понятным, что Машиах, который придет, среди прочего, чтобы мир перестало колбасить (чтобы евреям в нем жилось максимально комфортно), первым делом займется наведением порядка. В том числе и вот, восстановлением Храма как заключительной точки в истории очищения мира, путем извлечения из него искр святости. И тогда исполнится обетование, упоминаемое в афтаре к главе “Ноах”: “Ибо это у Меня воды успокоения: как клялся Я, что воды успокоения не пройдут более по земле, так поклялся Я не гневаться на тебя и не упрекать тебя; Ибо горы сдвинутся и холмы зашатаются, а милость Моя не отступит от тебя, и завет мира Моего не поколеблется, – сказал милующий тебя Г-сподь”17. Полностью и бесповоротно. Вскорости, в наши дни. Амен.

(Вольное изложение беседы Любавичского Ребе, "Ликутей сихот" т. 25, стр. 26-31.)