"А Яков пошел своей дорогой" – так говорят по окончании осенних праздников. После почти месячного погружения в святость трудно и страшно окунаться в будни. Наверно, так же страшно, как праотцу Якову, который, будучи по натуре человеком Торы, "сидящим в шатрах", всю жизнь был вынужден плотно контактировать с материальной составляющей этого мира.

Мудрецы собрали в один гимн все слова поддержки, которые Всевышний когда-либо адресовал Якову, и к этим словам была подобрана мелодия. Так родился нигун "Аль Тира, авди Яков". Самое время познакомиться с этим нигуном.

1. Что день грядущий мне готовит?

Гимн "Не бойся, раб мой Яков" принято петь во многих общинах на исходе шаббата. Седьмой день недели, остров покоя, заканчивается. Посуда лежит в раковине, на горизонте – домашние задания с детьми и наведение порядка дома. Еще горит свеча, отделяющая субботу от будней, а мысли уже перепрыгивают с одной задачи на другую в попытках составить план на неделю. Все их объединяет один тревожный вопрос: получится ли выстроить новую неделю продуктивно? Удастся ли привнести в нее свет и покой уходящего шаббата, или заботы накроют с головой?

Тора называет Якова "сидящим в шатрах". По своей природе он был человеком Книги. Эсав, его брат-близнец, был рожден для покорения физического мира. Согласно изначальному плану, предполагалось, что братья будут работать в паре: и освящая материальность, и делая духовную работу. Эсав отказался от статуса первенца и "сошел с дистанции". И Якову пришлось взять его часть работы на себя.

Возможно, поэтому в его переживаниях так много тревоги. Яков – персонаж, который боится: преследований брата, хитрости Лавана, встречи с Эсавом после многолетней разлуки и конфликта с ним. Переживает, что исчерпал заслуги и лишился поддержки Всевышнего. Его преследует страх потери детей, он опасается мести соседей после истории с Диной. Боится покидать Святую Землю и боится не быть похороненным в ней. Яков опасается материального мира, контакт с которым чужд ему по природе. Однако, из раза в раз взаимодействует с ним, заручившись поддержкой Свыше.

Всевышний никому так часто не говорил "не бойся", как Якову. И вот, неизвестный автор собрал однажды все эти слова поддержки, рассыпанные по страницам Танаха, в один текст, расположив к тому же в алфавитном порядке, и составил гимн – послешаббатнее успокоительное. Ведь мы, потомки Якова, очень на него похожи. В шаббат раскрываем свою Б-жественную сущность и весь день посвящаем Торе. А потом, на исходе, вынуждены снова нырять в будни и действовать в "нижних мирах". "Голос – голос Якова, а руки – руки Эсава" – это все тоже о нас с вами, его потомках.

Алфавитный порядок, к слову, очень кстати: чтобы от страха ничего не упустить. Мы входим в будничное время с перечнем ободрений от Создателя, как муж – в супермаркет со списком продуктов на неделю. На всякий случай. И это – наведение порядка, планирование, включение рацио – уже первый прием для снижения уровня тревожности. Остальные – в музыке.

2. Вхождение и принятие

Мелодия нигуна начинается решительной восходящей интонацией. Она приглашает нас начать неделю "с правой ноги". Это тот самый первый шаг, с которого начинается преодоление страха. Ведь сколько ни настраивай себя, сколько ни медитируй и ни прорабатывай, страх никуда не денется, пока не начнешь действовать. Он парализует, значит, надо двигаться.

Вслед за этим шагом слышится другая интонация, полная противоположность первой. Это осторожный спуск маленькими шажочками. В ней слышен жест поклона. Под такую музыку хочется сделать глубокий реверанс. Эта интонация часто встречается в нигуним, связанных с Симхат Тора. В нигуне "Бней эйхала", где представлены музыкальные портреты сфирот, она иллюстрирует качество Од – принятие, признание, благодарность.

Входя в свой страх, важно принять реальность такой, какая она есть, не убегая и не прячась, признать истинное положение вещей.

3. Не бойся, раб мой Яков

Во втором разделе мелодия поднимается выше, и это усиливает напряжение. В ней появляются звуки, делающие ее неустойчивой, снижают ясность. Этот фрагмент погружает нас в неопределенность и учит выдерживать ее.

Сразу вслед за ним звучит фраза-успокоение: не бойся, раб мой Яков. Ее мелодия как будто накрывает страх сверху, устанавливает ему границу. Так человек, которому сложно уснуть из-за тревожных мыслей, накрывается тяжелым одеялом, и это его расслабляет.

4. Мир Раскрытия

Финал нигуна – радостный. Как сказано в Тании: после истинной грусти (думаю, сюда можно подставить тревогу, страх и прочие состояния, которые погружают человека в сомнения) приходит истинная радость.

Мелодия внезапно окрашивается светлыми тонами. Причем, не так, когда происходит "сдвиг", смещение в музыкальном пространстве, а прямо в той точке, где только что было темно и мрачно. Как будто под ногами разверзается бездна наоборот: не привычная реальность вдруг оказывается ужасом ужасным, а иллюзорные страхи рассеиваются, и обнажается истинная суть вещей – добро и свет.

Пусть же этот свет наполнит наступивший год и сопровождает Якова (и нас вместе с ним) на всех его путях!